Возвращение в родной город стало для Антона не просто географическим перемещением, а болезненным погружением в прошлое, от которого он годами бежал. Когда-то его жизнь была наполнена музыкой, сценой и любовью, но страшная авария перечеркнула всё в одно мгновение, забрав жизнь Лизы и оставив его самого в осколках былого «я». Год, проведенный в наркологической клинике, стер последние следы прежней успешной карьеры, оставив после себя лишь пустоту и чувство вины, которое стало его постоянным спутником. В этом опустошенном состоянии он оказывается на пороге дома своего старшего брата Константина – человека, который всегда был его полной противоположностью: надежным, основательным, укорененным в этом маленьком городке, который Антон когда-то так спешил покинуть в поисках славы. Константин, видя полное крушение брата, предлагает ему руку помощи, но не безусловную – помощь эта comes с одним строгим и неожиданным условием, которое на первый взгляд кажется Антону абсурдным и невыполнимым. Условием оказывается работа учителем музыки в местной школе, место, которое становится для Антона новой, чужой и пугающей реальностью. Погружение в мир подростков, с их бурлящими эмоциями, проблемами и максимализмом, становится для него тяжелым испытанием. Он, сам едва стоящий на ногах, вынужден теперь вникать в чужие драмы, слушать наивные и в то же время такие искренние истории своих учеников, сталкиваться с их бунтом, одиночеством и первыми разочарованиями. Школьные стены и класс, где он пытается преподавать азы музыки детям, которые зачастую не хотят его слушать, становятся для Антона своеобразным зеркалом, в котором он невольно начинает различать contours собственных нерешенных проблем. Постепенно, через это вынужденное взаимодействие, через мелодии, которые он когда-то сочинял для больших залов, а теперь пытается донести до непоседливых подростков, в его жизни начинает пробиваться слабый, но упрямый луч. Работа учителя, начатая как навязанное обязательство, медленно трансформируется в нечто большее – в тонкую, почти невидимую нить, связывающую его с реальностью, в тихую возможность заново научиться чувствовать, сопереживать и, возможно, однажды простить самого себя.