В самом сердце Тулы разворачивается история, где искусство становится не просто способом самовыражения, а вопросом выживания и обретения свободы. Местный режиссер, чья карьера и жизнь рухнули в одночасье из-за трагического инцидента с пожаром в театре, оказывается за решеткой. Однако судьба, ирония которой сравнима разве что с шекспировской, предлагает ему неожиданный путь к досрочному освобождению. Ему предстоит совершить, казалось бы, невозможное – поставить на сцене колонии бессмертную трагедию «Ромео и Джульетту». Но подвох заключается в том, что труппу необходимо собрать из самых неподготовленных и, на первый взгляд, абсолютно несовместимых людей: самих заключенных и их охранников. Так начинается невероятный эксперимент, где за колючей проволокой должны расцвести веронские страсти, а тюремные коридоры – на время превратиться в улочки старой Италии. Репетиционный процесс с первых же минут оборачивается хаосом, зеркально отражая главный конфликт пьесы. Глубинная, непримиримая вражда, существующая между двумя группами участников – осужденными и надзирателями, – находит свое прямое воплощение в столкновениях Монтекки и Капулетти. Каждая сцена, каждый диалог о любви и ненависти рискуют сорваться в настоящую потасовку, а сцена становится полем боя, где сталкиваются не только персонажи, но и реальные амбиции, обиды и желания актеров. Однако по мере погружения в текст Шекспира магия театра начинает делать свое дело. Для режиссера эта постановка – единственный шанс вернуться к нормальной жизни, но вскоре становится ясно, что пьеса дарит надежду и его невольным артистам. Под прикрытием репетиций, под шумок декламации страстных монологов, среди декораций, имитирующих балкон Джульетты или склеп, зреет иной, отчаянный план. Некоторые из новоявленных актеров видят в предстоящем спектакле, этом публичном событии с выходом за пределы тюремных стен, идеальную возможность для осуществления давно задуманного побега. Таким образом, классический сюжет о любви, преодолевающей барьеры, обретает новое, опасное измерение, где за каждым поэтическим словом может скрываться обман, а обещание свободы, дарованное искусством, грозит обернуться реальным, непредсказуемым и рискованным бегством от правосудия.